Ходорковский, анализ медийного оболванивания

1817435_3_c9b9_mikhail-khodorkovski-en-2004_21922e4d68985682f57a2efa05e31369В то время как в России вовсю шла перестройка, молодой коммунистический активист, комсомолец, обратился к рыночной экономике, создав в 1985 году кооперативное кафе для импорта низкосортного коньяка и других западных продуктов, которые в то время в России отсутствовали.

В 1989 году он основал первый в стране частный банк (МЕНАТЕП) и всего через шесть лет, в 1995 году, завладел нефтяной компанией ЮКОС в ходе приватизации российских предприятий. Приобретение ЮКОСа было осуществлено, вероятно, достаточно спорным образом, поскольку двумя покупателями, которым было позволено вступить в борьбу, были компании, принадлежащие банку МЕНАТЕП.

В 1996 году этот молодой миллиардер оказывается в группе семи банкиров и самых влиятельных бизнесменов России. Они использовали свое мощнейшее влияние в российской общественной сфере (экономика, СМИ …), чтобы добиться переизбрания Бориса Ельцина в борьбе с его противником коммунистом Геннадием Зюгановым.

В 2001 году молодого и богатого Михаила Ходорковского, казалось, ждало блестящее будущее. Он открыл Фонд «Открытая Россия», неправительственную организацию, не скрывавшую либеральную, гражданскую и прозападную политическую ориентацию своего основателя, которая должна было оказывать влияние на российскую политическую жизнь. Фонд «Открытая Россия», входивший в сеть открытых обществ (Open Society) Джорджа Сороса, представлял себя инициатором борьбы с коррупцией, направленной на то, чтобы сделать Россию якобы европейской страной. Фонд «Открытая Россия» провел свое первое собрание в США 18 сентября 2002 года. Помимо Михаила Ходорковского, в совет Фонда входили, к примеру, Генри Киссинджер, Артур Хартман (бывший посол США во Франции и Советском Союзе) и лорд Джейкоб Ротшильд. Этот последний станет наследником активов ЮКОСа в момент ареста Михаила Ходорковского.

В апреле 2003 года ЮКОС начал слияние с Сибнефтью, которая была приобретена в 1996 году Борисом Березовским и Романом Абрамовичем и, в основном (тогда), принадлежала Борису Березовскому. В то же время Михаил Ходорковский был советником Carlyle group и вел переговоры с американскими компаниями (Exxon Mobil и Chevron Texaco) о продаже им ЮКОСа, короче говоря, о передаче российских энергетических активов, приобретенных сомнительным путем, Америке, то есть тогдашнему основному стратегическому и геополитическому противнику страны.

25 октября 2003 года Михаил Ходорковский был арестован в аэропорту Новосибирска, в Сибири, в рамках федерального расследования хищений денежных средств в ЮКОСе.

Медийный мейнстрим, а также и французские и западные интеллектуалы с тех пор никогда не переставали твердить нам, что Владимир Путин незаконно приказал арестовать Михаила Ходорковского, в котором видел потенциального соперника и, в особенности, человека, способного осудить так называемую государственную коррупцию, царившую в России.

Однако, реальность оказаласья весьма далекой от манихейского видения того, что теперь называется «делом Ходорковского».

26 ноября 2003 года швейцарские банкиры выдвинули иск против Ходорковского и его соратников за отмывание денег и участие в преступной организации, а именно за масштабные финансовые махинации, организованные через банк МЕНАТЕП, который в 1997 году открыл счет в Clearstream и осуществлял крупные финансовые переводы в Bank of New York.

В то время вице-президентом Bank of New York была Наташа Гурфинкель-Кагаловская, не кто иной, как жена вице-президента МЕНАТЕПа Константина Кагаловского. Этот последний очень близок к человеку по имени Владимир Гусинский, медийному олигарху времен Ельцина и кандидату от либеральной оппозиционной партии «Яблоко» в 2003 году, который, покинув страну и отправившись в изгнание, руководит теперь вместе со своим тогдашним партнером Константином Кагаловским украинским оппозиционным телеканалом, резко критикующим политику нынешнего президента Виктора Януковича.

По словам журналистки Люси Комисар, только операции по отмыванию денег через Clearstream-МЕНАТЕП составили, по меньшей мере, семь миллиардов долларов.

В 2005 году глава службы безопасности банка МЕНАТЕП, а затем ЮКОСа Алексей Пичугин был приговорен к 20 годам тюремного заключения за убийство Сергея Горина, бывшего руководителя банка МЕНАТЕП, и его жены Ольги. Этот приговор был заменен в 2007 на пожизненное заключение после того, как Пичугин был признан виновным в трех убийствах. Все в том же 2005 году Михаил Ходорковский был приговорен к девяти годам лишения свободы (сокращенных до восьми лет по апелляции) за уклонение от уплаты налогов, затем еще к 6 годам лишения свободы в 2010 году (сокращенных до пяти лет по апелляции) за кражу нефти и отмывание денег на сумму в 23,5 миллиарда долларов.

Французский и западный медийный мейнстрим и интеллектуалы с тех пор не переставляли изображать Ходорковского и Платона Лебедева (его партнера) политическими заключенными. В 2011 году сторонники Михаила Ходорковского заявили, что будут обращаться в Европейский суд по правам человека. Amnesty International примерно то же самое время даже утверждала, что Ходорковский и Лебедев являются «узниками совести».

Однако Европейский суд по правам человека не так давно вынес решение.Он подтвердил неполитический характер судебного разбирательства, тот факт, что обвинения, выдвинутые против подсудимых, обоснованны, а также то, что право обвиняемых на справедливое судебное разбирательство не было нарушено. Другими словами, имело место нарушение уголовного и налогового законодательства, а вынесенный приговор является обоснованным.

Это решение соответствует заявлениям российского президента, который в 2010 году говорил: «преступления Ходорковского были доказаны судом (…), вор должен сидеть в тюрьме». Путин не без юмора напомнил, что «за аналогичные преступления американец Бернард Мэдофф был приговорен к 150 годам тюрьмы (…) Наше правосудие намного более либеральное».

Это решение Европейского суда по правам человека противоречит почти десятилетним утверждениям подавляющего большинства комментаторов этого дела. Это решение демонстрирует и разрушает их предвзятость и навязчивый отказ согласиться с тем, что противник (или нет) Владимира Путина может быть хоть в чем-то виновен.

Невозможно удержаться, учитывая форму и освещение дела зарубежными СМИ, от проведения параллелей с делом Навального и сказать себе, что в конечном счете российское правосудие правильно поступило, освободив молодого блогера. Это возможно умерит недобросовестность средств массовой информации и также обеспечит некоторое спокойствие сентябрьским муниципальным выборам в Москве и, следовательно, внутренней политической жизни страны.

Leave a Reply

Your email address will not be published.