Одёжная полемика

Оригинальная статья была опубликована в РИА Новости

*
«Petit futé» 2006-2007 годов в разделе с названием «Москва в 25 ключевых словах» devouchka (молодая русская женщина) описывается, как «вычурно одетое существо» и утверждается, что «туристы с Запада часто имеют жалкий вид, особенно зимой, когда трудно адаптироваться к возможным изменениям температуры». Раздел заканчивается следующим образом: «Вам будет очень трудно защитить репутацию элегантности, тяжелое бремя которой должна нести Франция». Я уточняю, рубрика в «Petit futé» была написана женщиной, и, очевидно, предназначена в основном для читательниц-женщин, потому что именно они принимают близко к сердцу тему элегантности.


Это война элегантности между француженками и русскими не нова. В 1842 году, когда секретарь посольства в Париже Виктор Балабин занимает свой пост, он отмечает соперничество в стиле между французскими и русскими женщинами, и очень интересно описывает его в своем дневнике. Он пишет, что «если француженки, в своих прогулочных нарядах, одновременно простых и элегантных, имеют явное преимущество (…), то вечером, в салоне и на балу, наши побеждают, во-первых, благодаря своим туалетам, всегда свежим и хорошего вкуса, а во-вторых, некой светскостью, манерой держаться, немного чопорной, возможно, но придающей им вид уточненный и знатный».


Это утверждение о превосходстве русского стиля становится очевидным для всякого, мужчины или женщины, путешествующего в России или в Москве в наши дни. У России с точки зрения элегантности женщин нет серьезных конкурентов и, конечно, это не Франция, где уже давно и по различным практическим соображениям наши соотечественницы убеждают нас, что современный и нейтральный вид (то есть широкие джинсы, кеды и спортивная куртка) более подходит для городской жизни, хотя действительно не слишком сексуален. Французские мужчины, которые приезжают в Москву, как правило, приятно удивлены, обнаружив дам, одетых очень женственно, как отмечает наша обозревательница в «Petit futé». Что касается французских женщин, они обнаруживают с изумлением и часто с некоторой ревностью, что москвички остаются очень элегантными, несмотря на то, что расстояния, которые нужно преодолевать пешком, бывают значительными, а городская архитектура менее благоприятна для прогулок, чем во французских городах.


Это элегантность в любое время года также часто удивляет иностранца, бывающего в России проездом. Зимой женская элегантность животная, в мехах и на высоких каблуках; москвички, с их достойным поведением, ясным и прямым взглядом, бесспорно, обладают классом и особым стилем. Распространение меха не страдает в России от этой недавней, так называемой экологической, но и очень буржуазной богемной моды, придуманной и распространяемой нашей Брижит Бардо, которая хочет, чтобы мы не носили меха во имя прав животных. Летом чрезмерная российская раздетость, вероятно, не имеет себе равных, неземная красота русских женщин настолько велика, насколько коротки мини-юбки. Иностранцы часто бывают поражены, увидев, до какой степени русские женщины могут свободно выбирать одежду, без всяких опасений. Правда, что российское легкомыслие в одежде не имеет аналогов в Западной Европе и, особенно, во Франции. Небезопасность и невежливость во французских городах, действительно, является главной причиной того, что многие женщины на Западе делают выбор не в пользу сексуального или привлекательного вида, а очень нейтрального и сдержанного.


Напротив, в России, отсутствие невежливости на улицах по отношению к полураздетым женщинам позволяет им, должен сказать, любые излишества, как правило, к большой радости для мужских глаз. Это формула русской женственности является, несомненно, одной из важнейших причин успеха русских женщин у мужчин всего мира, но до сих пор эта летняя мода не одобряется общественным мнением в России.


Недавно один из ведущих мыслителей православной церкви, протоиерей Всеволод Чаплин, потребовал установления дресс-кода для женщин в России, заявив, что «некоторые из них путают улицу со стриптиз-клубом». Этот памфлет против русских современных особенностей, какими являются микро-шорты или мини-юбка, был бы смешон, если бы священнослужитель не добавил, что «мини-юбки провоцируют межэтнические конфликты, насилие и преступления со стороны кавказцев, но также русских». Анализ последствий введения подобного дресс-кода должен быть связан с объявленной в прошлом году председателем комитета по вопросам межнациональных связей идеей о создании «кодекса москвича», направленного на регулирование поведения не-москвичей, для их успешной интеграции в столице. Кодекс предусматривает, в том числе, запрет на появление в городе в традиционной одежде.


Это стремление церкви влиять на поведение следует понимать в двояком смысле. В первую очередь, как попытку сохранить семейную структуру, как гарантию хорошего состояния демографии, в настоящее время разлагаемой соблазнами, абортами и разводами. Но особенно разрядить напряженность, возникающую из совместного проживания многих народов в Москве, с различными привычками и нравами. Протоиерей объявил в декабре прошлого года, что православная Церковь отныне будет влиять на политику, выступая в качестве гаранта мирного сосуществования и гармонии между общинами. Как я писал в предыдущей статье, поддержанию хрупкой российской мультикультурной модели угрожает противостояние современного и традиционного миров.


Разумеется, эта фраза протоиерея вызвало бурю негодования в светских кругах, феминистских и либеральных, но прежде всего, она сразу же нашла поддержку у мусульманского духовенства России, представителей еврейской общины страны или же президента Чечни Рамзана Кадырова. Что бы мы ни думали, индивидуально, по поводу такой инициативы против чрезмерности мини-юбок, нужно признать, что ее цели благородны, и поздравить себя с религиозным согласием, которое она позволила установить по этому вопросу.
 
Перевод : Уголин (Ursa-Tm)

Leave a Reply

Your email address will not be published.