Геополитика

Рио Гранде

Оригинальная статья была опубликована в РИА Новости

*

С тех пор как я живу в России, мне часто приходилось в дискуссиях с моими русскими друзьями обсуждать тему уровня жизни, а также бедность. Конечно, эта тема является важнейшей: каждый хочет жить хорошо и, в общем, жить лучше, чем раньше.



Глобализация, благодаря телевидению и Интернету, позволила всей планете созерцать и желать уровня жизни, считающегося идеальным: уровня жизни на Западе. Недавно в рубрике «Мнение читателей» одной российской газеты у студентов спросили, какой вопрос они бы хотели задать президенту Медведеву. Симпатичная 23-летняя студентка с большими беличьими глазами задала следующий вопрос: «Дмитрий Анатольевич, когда мы будем жить хорошо? »


В 2009 году по России средняя зарплата составляла около 500 евро в месяц и 1000 евро в месяц в Москве. Эти цифры приводят в замешательство тех, кто знает стоимость жизни в этой стране. Тем не менее, я часто говорю своим друзьям, что их средняя заработная плата уже значительно выше, чем в некоторых государствах Европейского союза, таких как Румыния (350 евро) или Болгария (150 евро).


Россия, теоретически, в настоящее время располагается ниже эстонского уровня (700 евро) или польского (875 евро). Разумеется, Румыния и Эстония, это не Франция. Действительно, средняя заработная плата во Франции составляет 1.800 евро. Кроме того, мои друзья мне говорят, что стоимость недвижимости в России (что является реальной национальной проблемой) превосходит уровень французских цен! Конечно, кажется, что с чисто математической точки зрения они правы.


Тем не менее, другие экономические показатели более лестны для России. Возьмем, к примеру, бедность. Она сократилась на половину за десять лет, доля россиян, живущих ниже черты бедности, снизилась с 29 до 15% населения в период между 2000 и 2009 годами.
Во Франции уровень бедности, который составлял 6,2% населения в 2001 году накануне перехода на евро, в настоящее время достигла 13,7%. Половина французов в 2009 живет с доходом менее 1.500 евро в месяц, что во Франции действительно немного. Другой показатель, безработица. В настоящее время она затрагивает 7% активного населения в России, в то время как около она приближается к 12% во Франции и составляет почти 25% среди тех, кто не достиг 24 лет.



Наконец, можно ли реально сравнить уровень жизни?


Не совсем очевидно, что 500 евро в Омске представляют меньшую покупательную способность, чем 1.500 евро в Бордо. Другой пример, богаче ли в Париже, чем в Москве, скажем, с 1.000 евро? Конечно, нет.
В 2009 году, по данным Всемирного банка, Россия была впереди Франции по покупательной способности национальной валюты.



Но эти статистические данные не говорят всего. Во Франции, например, они маскируются такими понятиями, как безопасность, неполный рабочий день или сверхзадолженность, значительно выросшие в последние годы и являющиеся очень показательными для общего плохого самочувствия. Конечно, Франция, через свою щедрую систему социального обеспечения, не оставляет без финансовой помощи обездоленным людей или безработных.


Это все еще актуально сегодня, но дискуссия о стоимости этой системы (в 2010 дефицит составляет 23 миллиарда евро) в настоящее время началась, и можно предположить, что экономический кризис свидетельствует о конце государства всеобщего благоденствия (термин «государство всеобщего благоденствия» обозначает форму, которую принимает вмешательство государства в экономическую и социальную жизнь ― прим. ред.) по-французски.


Что происходит, когда это государство «не может» дать работу всем этим людям? Знают ли россияне, что уровень задолженности французского государства таков, что каждый новорожденный уже должен 25.000 евро? В России, напротив, все еще широко распространена ситуация, когда реальные доходы выше, чем заработная плата, многие россияне совмещают вторую работу параллельно с основной.


Это, все же, возможно в экономике достаточно гибкой и достаточно динамичной, каковой она является в России. Экономике, свободной от долгов, но с массивными финансовыми резервами. Прогноз роста в России на два-три следующих года является самым высоким в Европе и заставил бы мечтать любое правительство еврозоны. Кажется, что Россия находится на подъеме, в то время как многие европейские страны, как Франция, находятся скорее в фазе спада.


Представим, что в течение следующих десяти лет ситуация останется прежней, уровень «заработной платы» продолжит расти в России, бедность сократится, в то время как обратный процесс будет происходить во Франции. Будут ли мои русские друзья через 10 лет говорить то же самое?


Со своей стороны, мне кажется, что оценка уровня жизни не может быть определена только линейными экономическими показателями.
Это ощущение, что будущее будет лучше, чем прошлое, дало для россиян возможность не сожалеть о прошлом, но также не бояться будущего. С другой стороны, французы, которые помнят беззаботность «Славного тридцатилетия» (период экономического подъема, длившийся с 1945 до нефтяного шока 1973) продолжают говорить о нем, как о прошедшем золотом веке. Ухудшение экономической, социальной ситуации, кризис идентичности означает, что французы сегодня больше не могут быть спокойны перед лицом будущего.



В субботу вечером, отправившись обедать в ресторан «Rio Grande», находящийся в моем квартале, я погрузился в эти размышления, наблюдая за посетителями. Под российский рок 1970-х годов в исполнении талантливого дуэта, завсегдатаи танцевали, независимо от возраста и социального происхождения, тем не менее, очень разных.


Я уточняю, что живу в квартале, удаленном от центра, в классическом «spalniy rayon» на конечной станции линии метро. В конечном счете, люди выглядели относительно счастливыми и беззаботными, и я пришел к заключению, что общее ощущение безопасности и доверия является ключевым показателем реального уровня жизни.
По этому показателю россияне в 2010 году, несомненно, являются одними из первых в европейских рейтингах.
 
Перевод : Уголин (Ursa-Tm)
Posted on by Alexandre Latsa in Economie, РИА Новости, Статьи на русском Leave a comment

Выигравший Mistral

La version francaise de cet article est consultable ici


Оригинальная статья была опубликована в РИА Новости


Когда Россия обнародовала свое желание приобрести универсальный десантный корабль-вертолетоносец типа Mistral, Франция ответила утвердительно. Вскоре, однако, стали раздаваться голоса, выражавшие настороженное отношение к сделке. Эта настороженность исходила от государств, вовлеченных в более или менее важные споры с Россией (Грузия, страны Балтии), которые опасались дисбаланса региональной безопасности, опасения, усилившиеся после конфликта в августе 2008 года на Кавказе.


Однако нереалистично представлять, что в 2010 году Россия могла бы иметь агрессивные намерения в отношении европейских стран, и эта настороженность была интерпретирована как возможная напряженность Вашингтона, приведенного в замешательство приобретением столь чувствительного оборудования. Но смысл, вероятно, более широкий и затрагивает проблемы изменения баланса сил на море и ослабления американского военного и морского господства, приобретенного в годы холодной войны. Чтобы лучше очертить ситуацию, важно понять выгоду Mistral и взглянуть, в каком глобальном контексте Россия желает этого приобретения.


Вертолетоносцы являются кораблями, позволяющими осуществлять с моря наземные операции. Являясь многофункциональными, они могут быть использованы для высадки десанта, в борьбе с морским пиратством или же гуманитарной деятельности. Mistral, принадлежащий к классу универсальных десантных кораблей, может перевозить до 1.200 человек, 16 вертолетов, 120 транспортных средств (в том числе танки), два катера на воздушной подушке и суда для десантирования.


На судне также есть пушки, ракетные батареи, медицинские учреждения и командный центр. Возможность десантирования и переброски в удаленные театры военных действий имеет решающее значение для России, которая, после списания в начале десятилетия десантных кораблей типа «1174 Иван Рогов», на сегодняшний день не обладает эквивалентным вооружением.


Во время холодной войны СССР, как и неприсоединившиеся режимы, отказывался от приобретения авианосцев и вертолетоносцев, руководствуясь невмешательством и догматическим антиимпериализмом, когда это не было вызвано материальными затруднениями. После окончания холодной войны мир пережил десятилетие тотального американского военного доминирования, которое было добыто именно этой возможностью переброски вооруженных сил на другую сторону планеты. Через двадцать лет появление региональных держав привело к многосторонности, к тому, что сейчас многие страны стремятся к присутствию в мировом океане.


Наряду с традиционной западными флотами, Россия, Китай, Бразилия, Южная Корея, Турция и Япония хотели бы приобрести авианосцы и вертолетоносцы, которые к середине века должны предоставить всем этим государствам реальную возможность действия по всему миру. Россия, в лице адмирала Владимира Высоцкого, объяснившего, что Россия готовится к строительству авианесущего флота, который предполагается ввести в эксплуатацию к 2060 году, проявила свой интерес к универсальному десантному кораблю во время салона Euronaval-2008 года.


Преграда дипломатической настороженности обойдена, «перезагрузка» между Россией, США и НАТО подтверждена, франко-российский год пришелся кстати. Владимир Путин, подтвердив в середине года, во время визита в Париж, что Москва не будет предоставлять Ирану ракеты С-300 после голосования по санкциям в ООН, также урегулировал этот щекотливый вопрос. Разногласия между сторонами по договору относятся к двум пунктам: соответствующие технологии и место производства. Франция хотела продать корабль без передовых технологий, и чтобы, по крайней мере, два корабля были произведены во Франции. Россия обусловливает покупку передачей технологий и хотела бы купить один корабль, а три других построить в России.


Кажется, что ситуация развивается по французской формуле в том, что касается строительства первого корабля, который должен быть поставлен вместе с передовыми технологиями, в том числе вычислительным оборудованием для сопровождения воздушных операций, необходимым для дальнейшего развертывания авианосцев. Недавно Вера Чистова, заместитель министра обороны по финансово-экономической работе, подтвердила, что средства на покупку зарезервированы в проекте военного бюджета России ближайшие три года.


С французской стороны, директор DCNS (государственная компания военного кораблестроения, производящая Mistral) Пьер Легро отметил, что эти суда будут иметь такое же оборудование, как корабли французского флота, единственное различие будет состоять в увеличении толщины взлетной палубы и более прочном корпусе, позволяющем плавание в северных морях. Что же касается генерального директора верфей, на которых будет строиться Мистраль, он заявил, что первый корабль может быть построен к концу 2013 года, а второй в 2015 году. Российские верфи будут иметь возможность самостоятельно строить корабли с 2016 года.


Поэтому допустимо и желательно, чтобы франко-российский год закончился важнейшим торговым и политическим соглашением. Для президента Франции ставки велики и в финансовом плане, так как стоимость судна составляет около 500 миллионов евро, и в политическом плане, так как он может доказать, что реинтеграция в НАТО в 2009 году не лишила Францию суверенитета. Для российской стороны приобретение является важным с военной точки зрения, но также с точки зрения геополитики, так Россия получает средства для полного достижения целей начатой в марте 2000 политики: остаться державой первого плана.

Перевод : Уголин (Ursa-Tm)
Posted on by Alexandre Latsa in Année croisée France-Russie, Геополитика, РИА Новости, Статьи на русском, Франция Leave a comment

Россия как пример успешной многокультурной модели?

Чтобы понять всю глубину различий, нам нужно обратиться к основополагающей модели Европы, большинство государств которой формировались на основе единственной нации, и России, империи составленной путем постепенной ассимиляции многих народов.
На существующий сплав народов оказали большое влияние волны переселения представителей русского этноса на евразийском континенте: в XVIII веке преследуемые за отказ принять церковную реформу Никона староверы были сосланы Екатериной II в Сибирь, куда они принесли светоч европейской культуры; в XIX веке на восток отправили и вдохновленных западными идеями молодых дворян-декабристов; на острие покорения востока находились и российские казаки. В сталинскую эпоху переселенные народы и узников ГУЛАГа миллионами отсылали на стройки в удаленные регионы.
(…..)
Одним из лучших примеров сосуществования народов России является Татарстан. Его нынешнее лицо, сформированное богатой на конфликты историей, не помешало ему стать полностью интегрированным в Федерацию мусульманским регионом. «Татарское ярмо», которое висело на шее российского государства в течение трех веков, оказало сильнейшее влияние на будущее обоих народов. Даже сегодня в Москве можно встретить огромное множество людей с татарскими корнями. После захвата Казани при Иване Грозном Татарстан стал образцом добрососедского существования татарского и русского этносов, которые составляют соответственно 43% и 38% населения этой республики. Хиллари Клинтон даже обращалась к ее бывшему президенту Минтимеру Шаймиеву по вопросу «межкультурной толерантности». Ислам в Татарстане и многих других регионах страны (например, Башкирии) не изменил самосознания этих народов, которые считают себя россиянами. Это европейский ислам, по выражению Шаймиева.

Подробнее

Posted on by Alexandre Latsa in Russie mutiethnique, РИА Новости, Статьи на русском Leave a comment
« Previous   1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14