Русская весна

Latsa-printemps-588x330

В течении нескольких лет Александр Латца, тонкий знаток русской культры, снабжает интерет издание Polémia талантливыми статьями, в которых отчетливо прослеживается главная идея: пролить свет на искаженное дискредитированное мнение, которое складывается вокруг России, объяснить его происхождение и представить французам информацию, которая поможет им правильно понять Путинский режим таким как он есть, а не каким его изображают.

Заглянуть сквозь зеркало, разоблачить манипуляции, вранье и притворство и восстановить истину – это одна из задач, которую он решает. 

В своей книге Un printemps russe, он соединяет воедино размышления журналиста, блогера и руководителя предприятия, живущего в России, кто не останавливается только лишь на комментариях действительности: начиная со времени возникновения Руси («russité»), он сосредотачивается, главным образом, на советском периоде и современости, но затрагивает также  и пост-путинскую эру. Его анализ не ограничивается только лишь размышлениями о внутренней политике, особое место России на международной арене занимает в нем центральное место.

По мнению большинства Un printemps russe напрямую связана с книгой La Russie de Poutine Ивана Блота, которую я имел возможность восхвалить в апреле: оба автора используют взаимопересекающиеся пути. Блот предлагает более философский подход, в то время как Латца сосредотачивает свое внимание, в большей степени, на геополитических  и геострателических вопросах. Но оба разделяют одно и тоже убеждение: выступления с обвинениями против России, сосредоточенные вокруг личности президента, не ограничиваются причинами исключительно зависящами от обстоятельств.   

Безусловно, недоверие Запада к Востоку, и США к российской империи, восходит ко времени, предсшествующему  революции 1917 года и Холодной войне, и Александр Латца приводит этому различные доказательства. Этот факт объяснется историческими причинами, но более глобальный вопрос контроля Евразии был поставлен в начале 19-го века представителями мало известного сегодня движения (прометеевского), который затем был пересмотрен многочисленными англосаксонскими геополитиками — такими как Махан (Mahan), Макиндер (Mackinder), Спикман (Spykman).

Поскольку Збигнев Бжезинский в своей книге Grand Echiquier (1997) утверждает, что США смогут поддерживать свое мировое господство если только, с одной стороны, подчинят Европу, а с другой,  будут систематически пресекать любые попытки России обрести статус великой державы, утраченной с падением Советского союза, его мысль концентрируется на геостратегических антирусских настроениях.

Идя дальше в анализе такого видения, Александр Латца старается ответить на вопрос, в основе, очень простой: Почему с приходом к власти Путина произошло это усиление ненависти против России?

Таким образом, он призывает вспомнить о тех, кому надо было бы раскрыть глаза относительно масштаба и единогласия компаний по дискредитации, которые систематически проводились в Москве с конца 1990 годов.

Все эти предлоги хороши и все служат определенными средствами. И если США стоит у руля, ее лакеи толкутся около двери. В этом отношении, одно из главных французских информагентств (Франс Пресс/ AFP) заслуживает пальму первенства в деле услужливости и подчинения. Латца  представляет многочисленные и заслуживающие внимания иллюстрации холуйства этих «дхимми наоборот», в котором манипуляциии фактами порождают наглую ложь, согласно законам “медийной тирании”.

В этой истории также оказываются замешаны все сети влияния, посредством которых американская империя оказывает свое покровительство Западу и своим элитам (франко-американский фонд, занимающийся образованием молодых лидеров, которые впоследствии станут проводниками американской политики). Далеко не полный список французских граждан, прошедших через эту организацию, представлен на стр. 213 (комментарии не требуются).

Разнообразные и содержательные подробности посвящены “цветным революциям”, справедливо представленным как попытки дестабилизации  (этот аспект обычно игнорируется), российской политики, а также ведущей роли США в сфере доступа к энергетическим ресурсам. Восхищает, насколько ясно автор описывает эту достаточно запутанную ситуацию.

Если принять во внимание роль натовских стран и собенно США в крестовом походе против России, то Латцу нельзя обвинить в конспирологии: каждое из его утверждений проверяемо, сопостовимо и пропорционально ставкам в этой игре. Он облададает прекрасными знаниями эксперта в расшифровке техник манипуляции, используемых врагами России, чтобы рисковать тем, что его самого обвинят в манипуляциях.  Автор, тем не менее, не сводит внешнюю руссофобию к простому антагонизму «ЕС против России». Даже если он соглашается с тем, что они имеют место быть в качестве геостратегических факторов, с самого начала путинской эры эти факторы рассматриваются как отражение глубокого антагонизма, имеющего идеологический характер: если Россия находится в центре всех нападок, это происходит из-за того, что она противостоит той эксплуатации, которую космополитичная олигархия старается навязать всей остальной планете.

Путин стал вызывать беспокоийство, когда он ввел в игру своих олигархов: США смогли прекрасно адаптироваться к ситуации институционального, экономического и морального хаоса, который характеризовал эпоху Ельцина. Это разрушение позволило поставить Россию под капельницу, полностью осозновая, что сиделка выполняет свои обязанности у постели больного, но знает, что шансы на выздоровление очень незначительны. Немногие бы заключили пари о том, что  Россия может взять в собственные руки свою судьбу, многие полагали, что униполярный мир под американским господством представлял собой прекрасную перспективу. Тем не менее, спесь пришлось быстро поубавить и политико-медийный кружок натовских стран стал выглядеть смешно в первый раз, когда стал представлять Березовского и Ходорковского, о которых достаточно красноречиво говорили в мафиозных кругах, как жертв нарушений прав человека.

В общих словах, все, что было предпринято Путиным, чтобы восстановить политическую силу (в частности, ввод в институциональный лексикон понятия «вертикаль власти») и перейти от продажности к суверенности, все это было воспринято как приход к власти авторитарного или даже диктаторского режима. Латца отлично показывает, что некоторые эпизоды, которые были раздуты западными масс-медиа, как например, дело Pussy Riots, которое в этом отношении является очень показательным – рассматриваются внутри России как крайне незначительные. Для русских, обладающих наиболее достоверной информацией, эта медийная эксплуатация воспринимается как посягательство на мнение большинства и, следовательно, как идеологическая агрессия против государства и его руководителей. Таким образом, она абсолютно контрпродуктивна.

Элиты, которые нами управляют, усиленно поддерживают нелепицу об универсалитском характере их доксы (doxa) и систематически культивируют искажение ценностей. Путинская Россия представляет собой идеальный плацдарм для идеологических маневров для представителей доминирующей идеологии.

Часто мы ставим русским в вину, что они страдают от психоза. Сила заключается в том, чтобы признать, что у них есть причины рассматривать себя в осадном положении. Эта блокада становится понятной в контексте оппозиции «коммунистическая система против свободного мира», поскольку СССР стоял на позиции захвата и соотношение силы между блоками было уравновешенным.  «Разрядка» совпала с упадком Советского союза и последующим его распадом в годы правления Ельцина. И все это произошло не случайно:

Американский лагерь способен поддерживать нормальные отношения с Россией только тогда, когда она не в состоянии отстаивать свое идеологическое превосходство в однополярном мире.

С тех пор, как Путин ставит под сомнение устройство этой системы, как ее самой, так и ценностей, на которые она опирается, его правительство начинают обвинять  в следующих грехах:

  • в стремлении к институциональной стабильности и защищенности людей и имущества, переименованных в авторитаризм, репрессии и нарушения прав человека;
  • в возрождении духовности и религиозности, которые выставляются как покушение на сакральную светскость;
  • в патриотизме, который описывают как ментальную регрессию, в противоположность ценностям космополитизма;
  • в защите морали и семьи, поскольку это противоречит либеральной идеологии;
  • в возврате к источникам идентичности и “русскости”: Путин виноват в том, что вернул гордость быть русским, поскольку, как хорошо известно, это чувство свойственно лишь представители разнообразных меньшинств;
  • во всех действиях, направленных на то, чтобы Россия вновь обрела свою силу и могущество на международной арене, поскольку это противоречит концепции глобализации, под американским контролем, разумеется. И таким образом, становится все труднее и труднее оспорить, что внешяя политика России ведется безошибочно.

Все эти масштабные маневры, предпринимаемые против России, часто приводили в замешательство их подстрекателей как на Украине, так и на Олимпийских играх в Сочи. В глобальном плане, можно согласиться, что представления Запада становятся все менее и менее обманутыми и все больше и больше голосов заявляют о том, что Россия не представляет никакой опасности для Европы  и ратуют за стратегию сближения с Москвой. К тому же, случай России вписывается в контекст подъема диссидентских настроений, вопроса идентичности и возрастающего разоблачения тупика, в который нас заводит либерально-анархистская идеология. Но Александр Латца достаточно честен, чтобы признать, что если и есть надежда, до победы ещё далеко.

Во-первых, успех Путина еще не получил поддержки в длительной перспективе, поскольку он сталкивается с многочисленными и разнообразными проблемами:

  • коррупция, несмотря на значительные улучшения, которые сильно повысили его популярность, по-прежнему, остается  хронической болезнью;
  • демография, которая прошла через временное улучшение, но чей эффект проявится только лишь в длительной перспективе и при условии, что политика в данной области останется без изменений.
  • экономическая ситуация, которая была оживлена, но над которой нависает Домоклов мечь, главным образом, в области политики энергетических ресурсов.
  • полиэтнизм и сила ислама на территории России, вопрос который политики ловко обходили до настояшего момента, но который, кажется скоро потерпит крах;
  • вопрос о том, какой станет пост-путинская эра:  закончится она или, напротив, последователи Путина смогут продолжить начатое им дело? Никто сегодня не может ответить на этот вопрос, но уже начинают появляться различные геополитические варианты, которые Латца описывает в заключительной главе.

Во-вторых, Латца не пренебрегает тем, чтобы показать, что в медийной войне, которая ведется натовскими странами против России, даже если интернет и позволяет как-то снизить расхождение, Москва запаздывает, поскольку средства, используемые врагами, сильны и полиморфны. С другой стороны, русские “глашатаи” остаются верны представлениям об информации, унаследованной еще со времен СССР, которая больший акцент ставит на пропанагду, а не на сложный ответ нападающим. Некоторый прогресс наблюдается за последнее время, но предстоит пройти еще длинный путь.

То, что с момента Brexit говорят представители “лагеря добра”, начиная с Обамы и заканчивая Меркель, от Юнкера до Мартина Шульца, свидетельствует о том, что в случае необходимости олигархия готова на все, чтобы удержать власть, тем более, когда она приперта к стенке. Это показал в своей последней статье, напечатанной в Polémia, Мишель Жоффруа (Michel Geoffroy).

С этой точки зрения, маловероятно, чтобы Россия получила выгоду сразу же после увеличения индульгенций со стороны США и ее европейских партнеров.

Безусловно, последние никогда не поймут, что Путин, оставаясь в кресле, пользуется поддержкой большинства населения, и это потому, что буря ненависти против него в западних масс-медиа рассматривается как посягательство на народ и страну и, таким образом, возвращается к ним рикошетом. Москвские правители уже научились достаточно тонко использовать в своей игре ошибки противника. Таким образом, им кажется все более логичным прислушиваться к внешним голосам. Тем не менее, еще не пришло время, когда «русская весна» сможет вдохновить русских правителей симпатией к страдающей одышкой “Старой Европе”.

Bernard Mazin / Източник

Перевод Е.С.

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal

Posted on by Alexandre Latsa in Un Printemps russe, Статьи на русском 1 Comment

One Response to Русская весна

  1. Сантехник

    Франции заявил о том, что будет не участвовать в гонке за пост главы государства весной 2017 года.

     

Add a Comment